May. 6th, 2017 08:07 pm
Křivoklát / Кршивоклат
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
earl_olgierdКршивоклат - один из старейших и известнейших замков Чехии, сохранившийся с XIII века несмотря на три пожара. Добираться до него не так удобно, как до Карштейна: полтора часа на электричке и одна пересадка. Но он того стоит.
Утро выдалось пасмурным, прогноз погоды обещал дожди, ветер и грозы, так что я мысленно шутил сам с собой на тему суровой средневековой готики в мрачном сляконтном антураже. В Карштейн я примерно так и ездил, получилось атмосферно. Мало того, любимый вокзальный ларек с кофе внезапно был закрыт, а мой первый поезд умудрился опоздать на 15 минут, я не успел на пересадку и на час с копейками застрял в городке под названием Бероун. Хотел было расстроиться, но вовремя вспомнил, что я сам себе позитивист, и отправился изучать город.
Тот оказался вполне симпатичным, в первом же кафе мне таки дали кофе, отчего я сразу подобрел и даже залез в интернет, чтобы выяснить, куда меня занесло. Примечательным оказалось только название: изначально селение носило простое и функциональное имя "На Броде", но позже Карл IV даровал ему статус города и переименовал в Бероун, что означает... Верона. Каким местом Бероун похож на Верону, я так и не понял, но Карл IV был мужик амбициозный, ему лучше знать. Помимо кофе, Бероун порадовал местным рынком керамики и прочего народного рукоблудия. Такие рынки - зло, они будят во мне роллс-ройс, который хочет завести дома большой, чуть грубоватый глиняный сервиз ручной работы. Да, я странный роллс-ройс, я не люблю фарфор, я люблю, когда повседневная посуда тяжеловесная и простой формы. Большие круглые кружки с котиками и зайчиками тоже не люблю, но вот что-то такое... вполне.
Из тонкого и хрупкого я люблю хрусталь. То есть - очень, очень качественное и очень, очень тонкое стекло. Такое стекло звучит совершенно по-особенному, невероятно мелодично, и потрясающе ощущается в руке. Тонкое, прекрасное, звонкое, ломкое, хрупкое. При виде бокалов из такого стекла я почти теряю волю. Чехия с ее "богемским хрусталем" и тут травит мне душу... Ну, ничего. Когда у меня будет дом, а он у меня будет, в нем точно будет коллекция хрустальных бокалов. И гости будут панически бояться из них пить... *злодейский смех*
Прошу прощения. Увлекся. О чем это я...
В общем и целом, час пролетел незаметно. А еще к тому моменту, как электричка номер два довезла меня до Кршивоклата, неожиданно потеплело и распогодилось, так что мой внутренний позитивист постановил считать задержку в Бероуне правильным событием. Отнести эту накладку к запланированным, как всегда, помешал здравый смысл, хотя контролфрик во мне так и рвался. А Кршивоклат встретил меня зеленью, солнцем и высоким небом, окончательно примирив с реальностью. Поэтому когда на кассе мне сказали, что туристический сезон еще не наступил и туры по замку проводятся только на чешском, я даже не сделал попытки огорчиться. Я обрадовался, что наконец-то смогу попрактиковать язык. ВУЗ у меня интернациональный, на курсе учится народ из восьми или девяти разных стран, лекции на английском, общаемся на английском... языковой практики не хватает (small talk в кафе и магазинах не в счет), а тут такой шанс. И да, по итогам я собой горд. Я все понял. Конечно, некоторых слов я не знал (например, слово "дыба"), но когда объект находится прямо перед глазами и экскурсовод вдохновенно тычет в него пальцем, трудно не понять, о чем речь.
Кршивоклат, в отличие от Карлштейна, хорош тем, что он очень чешский. Да, это странно звучит, и тем не менее. Карлштейн - самый разрекламированный замок Чехии, он давно и прочно заточен под туристов, и это дает свою специфику. А до Кршивоклата еще добраться надо. Нет, туристы - звери сумасшедшие, куда они только не добираются. Но разница ощутима. Кршивоклат очень "домашний", и за счет этого ощущается более "настоящим". Взять хотя бы трогательную выставку деревянного зодчества. Пятьдесят крон - и вы любуетесь на весь чешский треш, угар и содомию в миниатюре. Чехи обожают свое средневековье. Чехи обожают своих призраков, темницы и казематы, мрачненькие легенды и сказочки. Сами они не такие - и это тоже важно понимать. Современные чехи сытые, лощеные, любят пожрать, выпить пива, полежать на солнышке и пробежать марафон по любому поводу (и без него). Современные чехи - это упрощенная, добродушная и ленивая версия немцев. И тем не менее. Они пытаются стать немцами - и при этом обожают свою историю и свои страшилки с незамутненностью и трогательностью ребенка, который восторженно слушает сказку про Черную руку. В сотый раз. Но каждый раз, как в первый. Это очень трудно передать словами. Проще образами. Например, это - классика жанра:
Как я уже упоминал, замок горел три раза: в XIV, XV и XVII веках. Кроме того, в XV веке его попеременно захватывали и грабили то гуситы, то католики. Тяжелая, но закономерная судьба для замка, имевшего статус королевской резиденции. Однако, после третьего пожара замок потерял свой статус, пустовал, а затем и вовсе был передан сначала Шварценбергам, потом Вальдштейнам и, наконец, Фюрстенбергам (вероятно, поэтому и дожил до наших дней относительно целым и невредимым). В результате всех этих жизненных перипетий современное строение четко делится на две части: старую готическую часть XIII века (после реконструкции XVI века) и новую ренессансную часть XVII века (отреставрированную аж в начале XX века). Граница очень четкая, как в самом строении, так и в обстановке покоев.
В готической части сохранились тюрьмы, пыточные, замковая часовня и тронный зал. В общем, все, что так необходимо нормальному средневековому человеку для жизни. В часовне мне особенно понравились сидящие на перилах церковных сидений монстрики. Как рассказала экскурсовод, назначение этих тварек не вполне ясно, но исследователи предполагают, что они символизируют людские грехи и пороки. Обнаженные, так сказать, перед лицом Всевышнего. Беда в том, что на мой взгляд зверушки невероятно милые. Так и хочется взять на ручки и погладить - то есть грешить, грешить, грешить...
В ренессансной части хранится библиотека Фюрстенбергов, их же коллекция картин (в основном всевозможные Габсбурги в оригинале), с десяток разных санок (да, санок, вы не ослышались), а так же личные вещи Филиппины Вельзер, тайной жены эрцгерцога Фердинанда II, с которыми связана самая главная и сама романтичная легенда этого замка. Ибо жениться по любви не может ни один король, и даже принц не может, а если может, то только тайно и лишив тем самым своих отпрысков всех прав на престол. Но какое это имеет значение, когда ему под тридцать, а "кожа ее была такой чудесной мраморной белизны, что красное вино, которое она пила, просвечивалось сквозь кожу ее горла" (с). Правильно, никакого.
Легенду о самом счастливом браке в истории Габсбургов можно без проблем найти в интернете. В Кршивоклате же любят рассказывать, что последние годы брака были для супругов далеко не безоблачными, а Филиппина проявила достойное ее высокой души сострадание к зачинщикам первого чешского антигабсбургского восстания сословий, томившимся в кршивоклатской тюрьме. Особенно к одному из них... Но кто же будет слушать досужих сплетников. Точно не мы.
Утро выдалось пасмурным, прогноз погоды обещал дожди, ветер и грозы, так что я мысленно шутил сам с собой на тему суровой средневековой готики в мрачном сляконтном антураже. В Карштейн я примерно так и ездил, получилось атмосферно. Мало того, любимый вокзальный ларек с кофе внезапно был закрыт, а мой первый поезд умудрился опоздать на 15 минут, я не успел на пересадку и на час с копейками застрял в городке под названием Бероун. Хотел было расстроиться, но вовремя вспомнил, что я сам себе позитивист, и отправился изучать город.
Тот оказался вполне симпатичным, в первом же кафе мне таки дали кофе, отчего я сразу подобрел и даже залез в интернет, чтобы выяснить, куда меня занесло. Примечательным оказалось только название: изначально селение носило простое и функциональное имя "На Броде", но позже Карл IV даровал ему статус города и переименовал в Бероун, что означает... Верона. Каким местом Бероун похож на Верону, я так и не понял, но Карл IV был мужик амбициозный, ему лучше знать. Помимо кофе, Бероун порадовал местным рынком керамики и прочего народного рукоблудия. Такие рынки - зло, они будят во мне роллс-ройс, который хочет завести дома большой, чуть грубоватый глиняный сервиз ручной работы. Да, я странный роллс-ройс, я не люблю фарфор, я люблю, когда повседневная посуда тяжеловесная и простой формы. Большие круглые кружки с котиками и зайчиками тоже не люблю, но вот что-то такое... вполне.
Из тонкого и хрупкого я люблю хрусталь. То есть - очень, очень качественное и очень, очень тонкое стекло. Такое стекло звучит совершенно по-особенному, невероятно мелодично, и потрясающе ощущается в руке. Тонкое, прекрасное, звонкое, ломкое, хрупкое. При виде бокалов из такого стекла я почти теряю волю. Чехия с ее "богемским хрусталем" и тут травит мне душу... Ну, ничего. Когда у меня будет дом, а он у меня будет, в нем точно будет коллекция хрустальных бокалов. И гости будут панически бояться из них пить... *злодейский смех*
Прошу прощения. Увлекся. О чем это я...
В общем и целом, час пролетел незаметно. А еще к тому моменту, как электричка номер два довезла меня до Кршивоклата, неожиданно потеплело и распогодилось, так что мой внутренний позитивист постановил считать задержку в Бероуне правильным событием. Отнести эту накладку к запланированным, как всегда, помешал здравый смысл, хотя контролфрик во мне так и рвался. А Кршивоклат встретил меня зеленью, солнцем и высоким небом, окончательно примирив с реальностью. Поэтому когда на кассе мне сказали, что туристический сезон еще не наступил и туры по замку проводятся только на чешском, я даже не сделал попытки огорчиться. Я обрадовался, что наконец-то смогу попрактиковать язык. ВУЗ у меня интернациональный, на курсе учится народ из восьми или девяти разных стран, лекции на английском, общаемся на английском... языковой практики не хватает (small talk в кафе и магазинах не в счет), а тут такой шанс. И да, по итогам я собой горд. Я все понял. Конечно, некоторых слов я не знал (например, слово "дыба"), но когда объект находится прямо перед глазами и экскурсовод вдохновенно тычет в него пальцем, трудно не понять, о чем речь.
Кршивоклат, в отличие от Карлштейна, хорош тем, что он очень чешский. Да, это странно звучит, и тем не менее. Карлштейн - самый разрекламированный замок Чехии, он давно и прочно заточен под туристов, и это дает свою специфику. А до Кршивоклата еще добраться надо. Нет, туристы - звери сумасшедшие, куда они только не добираются. Но разница ощутима. Кршивоклат очень "домашний", и за счет этого ощущается более "настоящим". Взять хотя бы трогательную выставку деревянного зодчества. Пятьдесят крон - и вы любуетесь на весь чешский треш, угар и содомию в миниатюре. Чехи обожают свое средневековье. Чехи обожают своих призраков, темницы и казематы, мрачненькие легенды и сказочки. Сами они не такие - и это тоже важно понимать. Современные чехи сытые, лощеные, любят пожрать, выпить пива, полежать на солнышке и пробежать марафон по любому поводу (и без него). Современные чехи - это упрощенная, добродушная и ленивая версия немцев. И тем не менее. Они пытаются стать немцами - и при этом обожают свою историю и свои страшилки с незамутненностью и трогательностью ребенка, который восторженно слушает сказку про Черную руку. В сотый раз. Но каждый раз, как в первый. Это очень трудно передать словами. Проще образами. Например, это - классика жанра:
Как я уже упоминал, замок горел три раза: в XIV, XV и XVII веках. Кроме того, в XV веке его попеременно захватывали и грабили то гуситы, то католики. Тяжелая, но закономерная судьба для замка, имевшего статус королевской резиденции. Однако, после третьего пожара замок потерял свой статус, пустовал, а затем и вовсе был передан сначала Шварценбергам, потом Вальдштейнам и, наконец, Фюрстенбергам (вероятно, поэтому и дожил до наших дней относительно целым и невредимым). В результате всех этих жизненных перипетий современное строение четко делится на две части: старую готическую часть XIII века (после реконструкции XVI века) и новую ренессансную часть XVII века (отреставрированную аж в начале XX века). Граница очень четкая, как в самом строении, так и в обстановке покоев.
В готической части сохранились тюрьмы, пыточные, замковая часовня и тронный зал. В общем, все, что так необходимо нормальному средневековому человеку для жизни. В часовне мне особенно понравились сидящие на перилах церковных сидений монстрики. Как рассказала экскурсовод, назначение этих тварек не вполне ясно, но исследователи предполагают, что они символизируют людские грехи и пороки. Обнаженные, так сказать, перед лицом Всевышнего. Беда в том, что на мой взгляд зверушки невероятно милые. Так и хочется взять на ручки и погладить - то есть грешить, грешить, грешить...
В ренессансной части хранится библиотека Фюрстенбергов, их же коллекция картин (в основном всевозможные Габсбурги в оригинале), с десяток разных санок (да, санок, вы не ослышались), а так же личные вещи Филиппины Вельзер, тайной жены эрцгерцога Фердинанда II, с которыми связана самая главная и сама романтичная легенда этого замка. Ибо жениться по любви не может ни один король, и даже принц не может, а если может, то только тайно и лишив тем самым своих отпрысков всех прав на престол. Но какое это имеет значение, когда ему под тридцать, а "кожа ее была такой чудесной мраморной белизны, что красное вино, которое она пила, просвечивалось сквозь кожу ее горла" (с). Правильно, никакого.
Легенду о самом счастливом браке в истории Габсбургов можно без проблем найти в интернете. В Кршивоклате же любят рассказывать, что последние годы брака были для супругов далеко не безоблачными, а Филиппина проявила достойное ее высокой души сострадание к зачинщикам первого чешского антигабсбургского восстания сословий, томившимся в кршивоклатской тюрьме. Особенно к одному из них... Но кто же будет слушать досужих сплетников. Точно не мы.
Tags: